Результаты поиска по запросу «

Кто лучшая пони

»

Запрос:
Создатель поста:
Теги (через запятую):



Мемы картинка с текстом mlp other ...my little pony фэндомы 

Мои похитители возвращают меня назад после того как я два часа без остановки пересказывал лор Му Little Pony,my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,Мемы,Мемосы, мемасы, мемосики, мемесы,картинка с текстом,mlp other,my little pony,fandoms,memes,caption,mlp other
Развернуть

Princess Cadence royal Queen Chrysalis minor mlp art pfeffaroo ...my little pony фэндомы 

PFEFFAROO,Princess Cadence,принцесса Кейденс,royal,my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,Queen Chrysalis,Королева Крисалис,minor,второстепенные персонажи,mlp art,pfeffaroo,Princess Cadence,mlp royal,my little pony,fandoms,Queen Chrysalis,minor,mlp art,pfeffaroo
Развернуть

mlp песочница mlp stuff Trixie minor mlp милитаризм ...my little pony фэндомы 

my little pony,Мой маленький пони,mlp песочница,фэндомы,mlp stuff,Trixie,Трикси,minor,второстепенные персонажи,mlp милитаризм,my little pony,fandoms,mlp sandbox,mlp stuff,Trixie,minor,
Развернуть

mlp stream ...my little pony фэндомы 

Одиннадцатая/седьмая серии

Вот и настал черед последней серии перед хиатусом. Надеюсь, что Австралия не подкачает со стримом и 20 и 21 числа мы увидим ещё пару серий, хотя это и не точно. А еще, возможно к следующим выходным будут трансляции эквестрийских девочек. Так что отложить панику и наслаждаться тем, что имеем! Впереди еще больше полусезона понях и полнометражка!

Discovery Channel.

Время трансляции: с 18:30 по МСК.

Список онлайн-трансляций:
Brony State
World of Equestria
BronyTV
HasbroMLP
Otaku Ascended
Brony Network
Brony Network 1
Brony Network 2
CMC Clubhouse
Cutie Mark Crusaders 
Mahlibalazs

Treehouse

Время трансляции:  c 18:15 по МСК.

Список онлайн-трансляций:

Otakubrawling

Brony Network 
Otaku Ascended
LemonWalnut

my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,mlp stream

И в продолжение истории:

— Кто там? — стоя у двери, нервно спросила Лира. Прошла томительно долгая минута прежде чем она услышала ответ.

— …Эмм, не могли бы вы… в смысле, если вас не затруднит… я конечно не настаиваю, но… — раздалось едва слышное лепетание снаружи.

— Флаттершай? — удивленно распахнула дверь единорожка, едва не стукнув по носу находящуюся за ней кобылку. Пегаска испуганно пискнула, отпорхнув на пару метров назад. — Что-то случилось? Что ты тут делаешь?

— Я… эм… занималась с зверятами, и мы услышали вашу музыку, — Флаттершай неуверенно оглядывалась по сторонам, словно ища у кого-то поддержку. К её счастью из кустов появилось несколько белочек, сурок, бобер, пара мышек и медведь. — В общем я хотела сказать, что вы несколько мешаете нашему пикнику. Сложно наслаждаться пением птиц из-за всего этого шума. Я очень извиняюсь, но я вынуждена попросить вас прекратить.

— Ого, — удивленно моргнула Лира, оценив насколько увереннее стала говорить желтая кобылка. Хотя любой бы казался внушительнее с дружелюбно скалящимся медведем за спиной. — Конечно, не вопрос, мы будем сидеть тихо, как мышки.

Пара грызунов недовольно покосились на единорожку и разразились дружным писком, всеми силами показывая, что уж они-то не тихони. Флаттершай же, распрощавшись, удалилась в окружении своей пушистой свиты. Улыбнувшись её в след, Лира вернулась внутрь, закрыв за собой дверь.

— И что дальше, подруга? — с ухмылкой спросила она Октавию. — Теперь уже не пошумишь.

— Ну у меня есть кое-что на примете, — с не менее многообещающим выражением на мордочке произнесла виолончелистка, копаясь в своей седельной сумке. Нервно сглотнув, единорожка мысленно готовилась к худшему. Что бы не показалось из этой сумки, она с этим справится как настоящая взрослая кобылка. Наконец, Октавия извлекла на свет пару неких продолговатых предметов.

— Ну что, подруга, ты готова? — ехидно спросила она, поигрывая новыми игрушками. — Какую выберешь?

— Мы что, правда будем… — неуверенно попятилась назад Лира, подумывая о позорном бегстве.

— Ой да перестань, будет весело! — земнопони подходила всё ближе. — Доверься мне и просто получай удовольствие.

— Учти, у меня очень нежная… Ай! — пискнула единорожка, когда её подруга принялась за дело. — …грива.

— Не будь такой неженкой, — упрекнула её Октавия, аккуратно орудуя расчёской. Аккуратно проводя зубчиками, она вычесывала каждую прядку, иногда нежно касаясь кожи головы кобылки. Деликатно обходя рог, она постепенно придавала гриве привычный для неё вид. Так увлекшись процессом, она не сразу заметила, что вторая расчёска, перехваченная магией Лиры, уже во всю орудует в её собственных волосах, выписывая замысловатые повороты и пируэты, закручивая локоны в витиеватые кудряшки.

— Что это ты там делаешь, — Октавия с ухмылкой спросила подругу, несильным похлопыванием по крупу заставив её лечь, после чего принялась за хвост.

— То, что умею, — с небольшим придыханием ответила Лира, тоже переходя к завивке тёмно-серых волос хвоста земнопони. — Бон Бон часто просит помочь ей с этим.

— Оу, — Октавия на миг застыла, занеся расчёску над очередной прядью. — Так ты вспомнила?

— Ага, — как ни в чем не бывало призналась единорожка, продолжая работать над хвостом.

— И давно? — виолончелистка заставила себя сдвинуться с места и продолжить.

— Ледяной душ очень способствует восстановлению памяти, — с некоторым укором произнесла Лира, ощутимо дернув кобылку за хвост.

— Ауч! — вскрикнула Октавия, виновато покосившись на подругу. — Значит всё это время ты…

— Ага, просто подыгрывала, — кивнула единорожка, продолжая расчёсывать. — Но мне правда было весело. Кроме пары моментов…

— Извини, — земнопони виновато опустила глаза, но тот факт, что они уткнулись прямо в круп лежащей под ней кобылки сводил всю атмосферу раскаяния на нет.

— Не заморачивайся, — прощающе вильнула ей хвостом Лира. — Кстати, мне кажется или у меня одна прядка в гриве не хочет укладываться?

— Сейчас я с ней разберусь, — кивнула Октавия, принимаясь за работу с новыми силами.

Покончив с прическами, кобылки осмотрели друг друга и покатились с хохоту. Получившееся настолько напоминало их подруг, что вытерпеть это было невозможно. Распахнув дверь и приглашающе махнув копытом, Лира предложила:

— Пошли покажемся им в таком виде, — сквозь смех произнесла она. — Уверена, они будут шокированы.

И, дружно хихикая, представляя мордочки подруг, пара кобылок вышла из домика на свет. 

И, конечно же, иллюстрация от Klemm'а:

my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,mlp stream

Развернуть

Twilight Sparkle mane 6 Trixie minor mlp art ...my little pony фэндомы 

Я всё понял! Трикси настолько Великая и Могущественная что хасбро просто не потянут такое количество крутизны если будут показывать её в каждом сезоне. Поэтому они показывают её через сезон, значит в 5 сезоне нас опять ждет встреча с лучшей пони...
my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,Twilight Sparkle,Твайлайт Спаркл,mane 6,Trixie,Трикси,minor,второстепенные персонажи,mlp art
Развернуть

Rarity mane 6 Applejack Equestria girls mlp art LooknamTCN ...my little pony фэндомы 

Rarity,Рэрити,mane 6,my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,Applejack,Эпплджек,Equestria girls,mlp art,LooknamTCN,Rarity,mane 6,my little pony,fandoms,Applejack,equestria girls,mlp art,LooknamTCN


Развернуть

mlp stream mlp фанфик ...my little pony фэндомы 

Девятнадцатая серия восьмого сезона

Продолжаем смотреть в прошлое, то бишь стримы давно слитых серий. Растянем же удовольствие как длиннобонбон свои телеса!

Время трансляции: с 18:30 по МСК.

Список онлайн-трансляций:
Brony State
World of Equestria
BronyTV
HasbroMLP
Otaku Ascended
Brony Network
CMC Clubhouse
Cutie Mark Crusaders 
Mahlibalazs

Otaku Alt

LemonWalnut
Spazz
 bugplayer.deviantart.com,my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,mlp stream,mlp фанфик


Я честно не знаю как так вышло:


         Понивиль этот городок контрастов. Солнечные лучики восходящего солнца сменяются яркими вспышками вечерних салютов, милые деревенские домики соседствуют с величественным кристальным замком, а могущественные и величественные принцессы находят друзей среди простых пони. Многообразие удивительных приключений здешних пони прекрасно сочетается с тихой идиллией маленького провинциального городка, а его значение для всего мира сравнимо разве что с престольными регалиями самой Селестии.

         Одним прекрасным летним вечером по окраинной дорожке именно этого городка брёл симпатичный белый кролик. В Понивиле почти везде окраина, что вполне резонно, памятуя о его небольших размерах и крайне странном расположении различных примечательных построек. Ферма Эпплов, например, это окраина. Коттедж Флаттершай тоже окраина. Домик Рэйнбоу Дэш? Он вообще в небе, так что дисквалифицируется из соревнования по окрайности.

         А кролик тем временем всё так же шел по своим кроликовым делам, мило подергивая носиком и повиливая хвостиком-пупочкой. Возможно где-то неподалеку он учуял особенно вкусную травку. Может в соседнем кустике его поджидает симпатичная кролик из соседнего поселения, чьи родители его недолюбливают и он вынужден встречаться с ней лишь под вуалью ночной тьмы. А может это была мама-крольчиха, возвращавшаяся к своим юным крольчатам из вылазки в поисках пропитания. В любом случае, пока что нам остается только гадать.

         Кролик сел на задние лапки и утер мордочку лапками. Ушки его тревожно поднялись, когда он почувствовал, как что-то приближается. Нечто незримое, едва ощутимое, но очень явно настроенное против его пушистой шкурки. Мурашки пробежались по его спине, шёрстка встала дыбом, а глазки лихорадочно забегали из стороны в сторону, ища надвигающуюся опасность. Маленькое сердечко в груди кролика стучало всё быстрее и быстрее. Он готов был сорваться с места в любой момент и ускакать прочь, но просто не знал от чего и куда, оцепенело замерев на месте. А потом кролик просто исчез в вспышке яркого света, не оставив после себя лишь потенциально не съеденную травинку, теоритическую одинокую молодую крольчиху и целый выводок гипотетических крольчат.

         ***

         — Что случилось, Энжел? — протерла глаза Флаттершай, поднимаясь с подушки. Яростная жестикуляция её питомца, сопровождаемая смутно понятными шарадами малоприличного содержания разбудила пегаску от послеобеденной дремы, плавно перетекающей в передужиновую. Лучшее время суток, когда все зверята накормлены, все дела по хозяйству сделаны и можно просто расслабиться часок-другой, выпить чаю, почитать книгу или просто подремать, восстанавливая силы перед вечерними хлопотами. Чем кобылка и занималась, пока не была столь бесцеремонно разбужена. Тем временем кролик времени зря не терял, излагая свою историю со скоростью превосходящей темпы деления параспрайтов.

         — Ты встречался с мистером Пушихвостиком... — постепенно переводила Флаттершай, уже привычная к подобным играм в угадайку. Понимание своего питомца стало для неё своеобразным шестым чувством, впрочем. как и любые другие дающим иногда сбои. — И он решил убежать? Его друг решил? Не убежать? Куда не убежать? Я запуталась!

         Энжел закрыл свою моську лапкой в знак негодования, нервно потопывая ножкой. Затем медленно и максимально внятно прожестикулировал всю историю от начала до конца, пристально глядя в глаза хозяйке. Когда она ахнула в ужасе, кролик понял, что ему удалось до неё достучаться.

         — Мистер Пушихвостик рассказал тебе что его друг пропал без вести прошлым вечером и он видел как тот исчез в вспышке света? Что же ты сразу не сказал?! — пегаска схватилась за голову в ужасе, сокрушаясь о судьбе кролика. — Нам нужно срочно выдвигаться на поиски! Где это произошло? 

         Не медля ни секунды Флаттершай рванула с места и Энжелу ничего не оставалось кроме как ухватиться за кончик её хвоста. Молясь своим кролячьим принцессам, чтобы это не оказался плохо закрепленный шиньон, он полез дальше. К счастью, его мольбы были услышаны. Прошло не меньше минуты хаотичного полета незнамо куда, пока кролик отважно карабкаясь по хвосту, затем спине и, наконец, загривку кобылки, не повернул её голову в нужную сторону. Та, зардевшись и пробормотав извинения, поспешила в указанном направлении.

         Дорожка встретила их напряженным молчанием, загадочно подсвеченная поднимающимся из-за горизонта диском луны. Красок добавляли огни фейерверков, доносящихся со стороны Понивиля. Похоже Трикси давала очередное представление. Но Флаттершай это мало заботило, ведь она уже приступила к прочёсыванию территории, словно ищейка уткнувшись носом в землю. Энжел, с важным видом восседавший на её спине, нервно заерзал.

         — Если я не ошибаюсь, он был тут, — задумчиво пробормотала пегаска, тщательно изучая особенно подозрительный участок земли. — Энжел, не мог бы ты прекратить дергаться, пожалуйста? Ты меня отвлекаешь. Я должна…

         Договорить Флаттершай не успела, с удивлением обернувшись на трясущегося на её спине кролика. В его жестах читались призывы к вниманию, крик о помощи и, почему-то, предупреждение. Кобылка хотела что-то обеспокоенно вымолвить, но осеклась, ослепленная яркой вспышкой. Когда же жёлтая пони проморгалась, растерянно мотая головой, кролик на её спине исчез, как последний кексик в бездонном животе одной большой розовой сластены.

         — Энжел? — С нотками зарождающейся паники переспросила Флаттершай. Не получив ответа, она позвала что есть силы, вкладывая в свой вопль всё своё отчаяние и горе. — Энже-е-ел!!!

         Тишина, разбавленная лишь отдаленными взрывами фейерверков, была ей ответом. Маленький белый кролик Энжел пропал.

         ***

         Горе пегаски было безгранично. Потоки слез изливались всю ночь, насквозь пропитав подушку и матрас под ней. Крики и стоны не стихали ни на минуту, чередуясь лишь с протяжными завываниями и влажными всхлипами. “Энжел, мои милый Энжел”, — повторяла Флаттершай, как мантру, низвергаясь всё глубже в пучины отчаяния, пока оно не поглотило её всю.

         Утро застало кобылку лежащей навзничь, забывшуюся беспокойным спасительным сном. Зверята, проникнувшись пониманием и сочувствием не стали её будить и напоминать о себе. Как бы они не любили заботу о себе, каждый из них вполне мог прожить самостоятельно. Обычно им было приятно дать Флаттершай возможность поухаживать за ними, даруя ей своеобразную цель в жизни, но не в этот раз. Некоторые может быть испытывали бы угрызения совести, не поддержав пегаску в момент крайней нужды, но такой эмоции у них просто не было. Бесчувственные животные.

         День уже близился к закату, когда Флаттершай наконец очнулась. С заплаканными красными распухшими глазами, помятой от долгого забытия мордочкой и безумным и целеустременным взглядом она решительно и резко села в постели. Игнорируя нахлынувшую дурноту и слабость, потемнения в глазах и ватные ноги, пегаска направилась в сторону шкафчика. Там у неё лежало множество костюмов, сохранившихся с самых разных её приключений. Были тут и платья Рэрити: для гала, для показа мод, для выхода в свет; были и костюмы к ночи кошмаров, которые она готовила ежегодно, а потом не отваживалась одевать; было и кое-что ещё.

         — Я знаю, что нужно делать, — с безумным блеском в глазах, пробормотала пегаска, облачаясь в наряд.

         Спустя некоторое время она уже стояла на дваждыпроклятой дорожке. Сумерки как раз перешли в ночь и уже ставшими обыденными взрывы фейерверков простерли свои цветастые лучи в небе. Этой фокуснице давно стоило бы поработать над репертуаром, привнести новых трюков в свои шоу, но жёлтую кобылку это волновало в последнюю очередь. Усевшись на землю, она принялась ждать.

         Если бы кто-нибудь наткнулся на пегаску в тот момент, он не смог бы удержаться от вопроса: “Что делает это симпатичная молодая кобылка так поздно на окраине Понивиля, наряженная в костюм кролика?” И крайне сомнительно, что сама Флаттершай смогла бы внятно объяснить причину своего поступка. Отчасти это была вера, что она сможет последовать за своим питомцем, куда бы он ни делся, даже если… Вот тут вступало в игру второе отчасти, куда более темное и грустное. Что-то про “жизнь не мила” и “катись оно к Дискорду”. Мысль о последнем скользнула на периферии сознания Флаттершай, но додумать она не успела.

         Неясное тянущее чувство окутало её, словно зов из ниоткуда, требовательный и настойчивый. Тревога накатила на пегаску, заставляя шерстку встать дыбом. Обняв себя крыльями. заключив в своеобразный кокон, она закрыла глаза своими белыми кроличьими ушками, мелко трясясь от страха. Даже сквозь ткань и веки она увидела яркую вспышку, охватившую её, а затем некий незримый рыболов, словно подсекая улов, выдернул кобылку из реальности.

         Оглушительный грохот мгновенно дезориентировал Флаттершай. Не отваживаясь открыть глаза, она держалась под напором звуков, постепенно разделяя их на составляющие. С удивлением она узнала топот оваций и крики пони. Попытавшись пошевелиться, пегаска обнаружила, что заключена в некое подобие большого плотного тканевого мешка. Явно недовольная таким фактом, она уже почти отважилась открыть глаза. когда знакомый голос над ней объявил:

         — А теперь, леди и джентльпони, я, Великая и Могущественная Тр-р-рикси извлеку из своей шляпы… — последовала драматичная пауза, во время которой Флаттершай ощутила, как кто-то схватил её за уши. — Кролика!

         Резкий рывок вверх застал пегаску врасплох. Нахлынувшая с новой силой какофония звуков повторно оглушила её, заставив закрыться крыльями и ушками. Когда же топотдисменты начали стихать, кобылка всё же глянула что происходит одним глазком. Она успела заметить краешек сцены и многоликую толпу пони, прежде чем снова зажмуриться. Подумав немного, она решила что обморок будет вполне неплохим вариантом и постаралась укрыться в спасительном забытьи. Безуспешно.

         Тогда на смену панике пришёл гнев. “Значит, за всем этим стоит Трикси!” — недовольно подумала пегаска, распаляясь. Нехорошие мысли переполняли её, в основном содержащие различные жестокие способы расправы со злодейкой, вроде лишения сладкого или не приглашения на пикник. Флаттершай почти выбрала, каким пирожными она ни в коем случае не будет делиться с этой синей врединой, когда снизу пришёл неожиданный толчок. Потом еще один. И ещё.

         От удивления распахнув глаза, пегаска осмотрелась. Первое, что она увидела, это фиолетовая, расшитая звездами шляпа иллюзиониста, под удивленные возгласы зрителей извергающая из себя кроликов. Вот мистер Пушихвостик, а вот его старый друг. Следом за ними появился выводок уже не таких гипотетических крольчат и одна вполне реальная крольчиха, томно подергивающая ушками на выскочившего рядом с ней кроля, залихватски грызущего сочную травинку. Кролики всё прибывали и прибывали, постепенно превращая сцену в белое, пушистое и несколько недовольное сменой обстановки покрывало. Последним из шляпы выскочил один особо знакомый кролик.

         — Энжел! — воскликнула Флаттершай, позабыв обо всем и ринувшись к своему любимому питомцу. Это послужило сигналом. Словно сговорившись, а может и действительно всё спланировав, кролики лавиной хлынули со сцены, сея хаос и панику среди зрителей. Кто-то упал в обморок, дрыгая ногами, кто-то бросился наутёк. Сама виновница происходящего, поспешно подобрав шляпу, ретировалась за сцену, норовя как обычно сбежать. Впрочем, Флаттершай было всё равно. Она крепко прижимала к себе белого, вредного, недовольного кролика, косо смотрящего на её костюм, и она была счастлива.

         А когда вошедшая в историю Понивиля как “Пушикошмарная ночь” закончилась,  не осталось и следа от сцены. Что Трикси умела лучше всего, так это сбегать при первом же запахе палёного. Пони же, очевидцы и нет, ещё долго шёпотом рассказывали друг другу о таинственной Кролепони, натравившей на город свою ушастую армию. К счастью, обошлось без жертв как среди жителей, так и среди кроликов. Лишь нервы Флаттершай подверглись встряске, да постель с подушкой нуждались в сушке. Ничего, с чем не могли бы справиться свежий воздух и время.

         

Этот и другие кофеиновые трипы можно найти на ponyfiction'e
Развернуть

mlp art Derpy minor Mite-Lime ...my little pony фэндомы 

Развернуть

mlp песочница mlp фанфик Время любви ...my little pony фэндомы 

Глава пятая: Грехи прошлого

my little pony,Мой маленький пони,mlp песочница,фэндомы,mlp фанфик,Время любви




Комковатый соломенный тюфяк не давал ему спать, как и стоящие в противоположной стороне в углу миска и кадка с его дерьмом. Миску он поставил туда лишь из-за того, что в нее справил нужду тюремщик, Засранец. Сторожили его двое, Засранец и Хмурый, сменяя друг друга каждые полдня, как он считал – свет от солнца и луны не доходил досюда, он был только от факелов, коих было два. Но один погасил Засранец, остался последний - возле его тюфяка.

Имени тюремщиков он не знал, и поэтому дал каждому прозвище. Засранец – маленький, косматый и цвет его шерстки напоминал отходы Аггрига. Однако прозвал он его так не из-за цвета, а из-за его оскорбительного поведения. Как только наступала его смена, он то и дело докучал Аггригу – то затушит последний факел, то нагадит в его завтрак, то отберет его, а то и вовсе справит на него нужду, пока он спит. Он даже как-то попытался избить его, пока Аггриг еще был прикован цепями к стене, однако капитан был выше его, и как только тот нанес первый удар – он откусил ему ухо – и больше тот не подходил к нему близко.

Хмурый был много лучше него, только все время молчал. Его морда была изуродована оспой, одного глаза не было, на правой щеке большущей шрам, и на горле тоже – настоящее пугало. Но этот хотя бы относится несколько уважительнее, да и когда наставало время его дежурства, он приносил еду, а вернее сказать, помои – но это все же лучше, чем ничего. Помои составляли из себя жидкую овсянку либо пшено с опилками – он их ел, по мере своих сил, но они никак не лезли. Он и так мучился животом, а после подобного кушанья, его вовсе рвало. Он говорил Хмурому помочь ему, но тот в ответ только мычал, и лишь после того, как его вырвало на него, тот принес кувшин. “Это вода, - тогда в надежде прохрипел он – воду редко приносили, и его губы пересохли и потрескались, - вода?” Тот молча протянул ко рту ему запотевший кувшин. Глина приятно холодила кожу. Он открыл рот, и ледяная дурно пахнущая жидкость, напоминавшая сладкое молоко, потекла по его горлу. Струйки стекали по его мордочке. Она обжигала кожу, горло и все его нутро. Но он жадно работал горлом, не обращая никакого внимания на эту жгучую боль, Аггриг остановился только тогда, когда осознал, что все это сейчас выйдет наружу. “Спасибо, - сказал он, поперхнувшись”.  Хмурый широко разверзнул рот, и он увидел, что у него нет языка. Это он смеется, понял Аггриг… и в тот момент его голова закружилась, а вскоре он уснул. 

В тот день ему приснился кошмар. Он сидел в тени на ветхой деревянной скамеечке возле дома, наблюдая за Лианой, которая с маленькими жеребятами радостно прыгала по лучистым лужам. Как она прекрасна: длинная пышная серебряная грива с толикой примесью стали развевалась на ветру, длинные ноги били по лужам, а ее красивые яркие глаза игриво блестели. Он смотрел на нее с самого утра, и с самого утра думал только о ней. Как же он любил свою маленькую сестренку!

 - Братец, пойдем играть, - весело закричала она, скача куда-то вперед.

  - Нет, я сегодня устал, - солгал он. Аггриг, будучи юношей, хотел казаться взрослым, и поэтому мало времени проводил с сестренкой, и много с другими юношами. – В другой раз.

Она подскакала к нему, забрызгав его. Ее губки были надуты.

 - Ну пошли, братик, пошли, - канючила маленькая надоеда. – Ты давно со мной не играл. Я соскучилась по играм с тобой. 

 - Говорю тебе, в другой раз – сегодня я устал.

 - Как ты мог устать, если день только начался.

 - Нет, - еще раз повторил он, но уже строже.

 - Братииик. – Взобравшись на скамейку, она начала упорно спихивать своего брата. Но он как врос в нее. – Ну пошли играть. Я же вижу, что тебе одному скучно. Я не хочу, чтоб ты был одинок.

Большинство жеребят, игравших с ней, смотрели на эту комедию.

 - Да не пойду я, отстань, - прикрикнул он, слегка оттолкнув ее от себя.

Маленькая назойница еще пуще надула губки. А следом и хитро улыбнулась. Лианна прильнула к Аггригу, поцеловала его в губы, и приковала свой чарующий взгляд к его.

Аггриг тут же зарделся. Он не знал, что сказать – поведение сестры смутило его. Она в первый раз проявила свои чувства столь открыто… в губы!

 - Ладно, пошли, надоеда. 

И они прыгали по лужам вместе. Как им было весело! Они вместе, они играют, они счастливы. Если бы он знал… 

Белоснежный стройный юноша с глазами зеленоватого моря мирно проходил, когда его сестренка, сильно оторвавшись от него, окатила этого жеребчика. Тот улыбнулся, она в ответ. Тот достал кинжал, она продолжала улыбаться. Тот располосовал ее горло от уха до уха, но у нее улыбка словно застыла. Аггриг хотел ей помочь, но его ноги сделались каменными, он кричал, он молил о помощи, но стоящие пони поблизости были глухи к его мольбам. Они лишь твердили одни и те же слова: “Почему ты не пошел с ней играть? Почему ты не предотвратил этого? Ты знал, что она собирается уйти с ним. Ты - убийца”. “Я не хотел этого… я правда не знал об этом… правда… правда… правда”, - говорил он им, не сдерживая слез, а те зловеще отвечали: “Ложь. Ты знал”. 

Потом они подошли к нему и принялись рвать его плоть, откусывая кусочек за кусочком, молвя лишь оный ответ.

Очнулся Аггриг весь вспотевший, тяжело глотая воздух, и ничего не видя перед собой.

Кругом стоял не выносимый запах отходов, царила кромешная тьма. Он долго не мог понять, где находится, но вскоре он вспомнил, что заточен в темнице по ложному обвинению.

 - Любимая, за что! – Он все еще не мог поверить, что она его сама заточила сюда. Как она могла уверовать в эту ложь? Он столько раз ей и им твердил, что не стал бы смазывать ядом клинок, однако те лишь просили прекратить свое запирательство и сказать правду. Правду… да, он желал его смерти, но яд оружие женщин – а не мужчин.

Он все-таки уснул тогда, погрузившись в свои мысли, и его тело немного ныло от боли. Живот урчал, но есть было нечего; миска с обгаженными помоями, поди, так и стоит в углу с его кадкой.

 - Есть кто? - кричал он во тьму, - прошу вас, зажгите факел. - Но никто не отвечал – была абсолютная тишина.

Кто мог подставить его, Аггриг не знал, и это не давало ему покоя. Все его тело со временем затекло и ослабело от постоянного лежания и сна. Он спал, просыпался и снова засыпал – все равно больше делать было нечего, только сон да бодрствование. Когда он спал, на него наваливались кошмары – обычно воспоминания, преображенные в настоящий ужас и наполненные кровью. А вот когда бодрствовал, он придавался думам – не менее ужасным, чем его сны. Так что разницы не было, и вскоре он не только потерял счет времени, но и вовсе перестал различать сон и явь. Даже при зажженном факеле. А сейчас это стало окончательно сплошным сном. Сном, от которого нельзя проснуться.

Так в кромешной тьме Аггриг пробыл черт знает сколько времени. Он несколько раз пытался позвать кого-нибудь, но никто не отвечал, никто не приносил ему долгожданные помои. Поэтому он стал больше спать, дабы хоть как-то унять жажду и голод, однако это вредило его рассудку. Сны были один хуже другого, а когда он просыпался, как он считал, он принимался кричать в надежде, что хоть кто-нибудь ответит. И ему отвечала тьма, мертвой тишиной или непонятным шуршанием. А вскоре она и заговорила, преобразившись в смутную тень.

 - Зачем ты смазал ядом клинок? Ты заранее хотел убить сира Даоариаса? – спрашивала тьма.

 - Нет. Я не делал этого. Дайте воды. Прошу вас.

 - Я дам ее тебе, если ты признаешься в содеянном, - сухо промолвил голос. – Еды тоже.

Аггриг чуть приподнялся, пытаясь разглядеть тень. Она лишь немного выделялась от общего темного фона. 

 - Прошу вас, зажгите факел – я ничего не вижу.

 - Ты и не должен что-то видеть, как и есть и пить, впрочем. – Тень приблизилась. Очертания стали боле четкими. – Так ты признаешься в содеянном?

Аггриг промолчал не в силах больше разговаривать, и тень, подождав некоторое время, удалилась в темный проход, захлопнув за собой тяжелую массивную дверь. 

Спустя малое время она появилась вновь с теми же вопросами, и также скоро ушла, не получив от него желаемого. Каждый раз, как она появлялась, Аггриг молил ее о воде, но та отказывала в просьбе, а потом и вовсе перестала обращать на это внимание. Правда продлилось это не долго, и уже через три допроса ему дали целый кувшин прохладной воды. Пил он ее жадно, словно это были последние капли, даже когда он заходил в приступе кашля, он не останавливался. Допив ее, тень отобрала у него кувшин, и, уходя, сказала: ”Лучше раскайся, нельзя так долго хранить грех, братик”. 

 - Прости меня, сестренка, я не хотел. - Аггриг заплакал. - Я не знал!

Вместо слов его сестра захлопнула дверь. Он вытер слезы, свернулся калачиком, крепко смежил глаза, и на него навалился сон, - живой, словно явь.

Он вновь стал юношей, мечтающим поскорее повзрослеть. Он вновь сидел на старой скамеечке, которая была готова вот-вот развалиться. Он вновь наблюдал за своей маленькой сестренкой. Но были и отличия от сотни подобных этому снов: стояла тихая ночь, не было лучистых луж, не было других жеребят, молча стояла лишь его Лианна, держа в зубах нож и смотря на него холодным пустым взглядом.

Она приблизилась, и Аггриг тоже. Ее дыхание стлалось в воздухе ледяным паром при свете одинокой серебряной луны. Ее глаза холодили душу. Он, не обращая на это внимания, взял у нее нож, и, ни разу не поколебавшись, начал стремительно орудовать им, нанося смертельные раны; каждый нанесенный им удар был ничем – он ничего не чувствовал. Совсем ничего. Это было все равно что резать ягоду. Кровь из маленького тельца сестры лилась рекой, украшая своего братика.

Когда он закончил возиться с ней, уже рассвело. Ее тело было до неузнаваемости изуродовано.

Сзади раздался больно знакомый голосок, Селестия, должно быть. Повернувшись в сторону, он увидел, что это она и есть, лежащую на узорчатой ткани с золотым линиями по кайме возле пруда, рядом с ней лежал труп Лианны, над которым вились мухи, а над ними высился точно такой же пони, как сам Аггриг. Близнец, закованный в броню без шлема и испачканный кровью, держал в зубах меч и злостно смеялся, смотря на рыдающую принцессу. Замолкнув, он принялся колошматить ее, тщетно пытающуюся отбрыкиваться. С каждым удар ее тело жутко преображалось: сначала были синяки, потом немного крови, потом ее стало больше, а следом у нее стали вылетать зубы, лицо распухло, были видны открытые переломы; она рыдала и харкала кровью, моля его прекратить. Но он не прекращал, только продолжал, злобно скалясь. А когда она перестала извиваться в рыданиях, стала лежать как мертвая, он вступил с ней в соитие, впрочем, которое быстро закончилось, распорол ей брюхо и снес голову. Вскорости после этого он мерным шагом и кривой ухмылкой подошел к Аггригу, неся в зубах красную опухшую голову.  И бросил ее к его ногам.

Они долго играли “кто кого пересмотрит”, пока близнец Аггрига, наконец, не промолвился:

 - Это все, чего ты хотел – смерти своих любимых? – Он засмеялся. – И отодрать свою принцессу? Можешь еще попробовать – она еще пока не так уж холодна.

Как ни странно, но Аггриг нисколько не удивился ни своему близнецу, ни смерти Селестии, - он вообще не испытывал никаких эмоций, кроме ярости и злобы.

 - Нет, я этого не хотел, - гавкнул он, желая как можно скорее закончить этот разговор и убраться отсюда.

 - Да? – Усмехнулся близнец. – Тогда почему ты не остановил ее, свою сестру. Ты хотел ее смерти, хотя она тебя любила больше, чем просто брата. А твоя любимая. – Он пнул голову, и она откатилась в сторону. – Ты поклялся ее защищать, да и любишь ее, тем не менее, тайно желаешь ее убить и позабавиться с ней, не боле. 

 - Я не желал им смерти, - отрекся он. - Говорю, я не знал, что она собирается смотаться с ним в его замок. Я не знал, - заярился он. – Она сама виновата в своей смерти. Она повинна в смерти матери. 

 - Чем же?

 - Коли б не она, печаль не добила бы нашу матерь. Она… - Она любила своего братика более, чем кого-либо, она сама это говорила. “Братик, ты же любишь свою маленькую сестренку, - молвила она, медленно двигая копытом по его промежности, - любишь? Я тебя очень-очень, а ты?” Он тогда отвечал ей “да”, чтобы она поскорее закончила, покуда мать не увидела. Он ей часто говаривал, что нельзя ей так делать, что они брат и сестра. Но она лишь отвечала на это, что ей не интересно мнение других, что она любит его больше всего, даже больше матери. После этого она по обыкновению целовала его, – она частенько обнимала его и целовала в щеку, в губы… Сестренка…

 - Она повинна лишь в том, что любила тебя, -  закончил за него близнец, - признайся в своем грехе, признайся, что ты боялся любить ее. – Он приблизился – Аггриг же отдалился. В уголках глаз грешника выступили слезы. – Ты и сейчас страшишься своей любви к принцессе, однако, дело не только в этом, ты страшишься теперь прошлого и ажно самого себя.

 - Неправда! – закричал Аггриг.

 - Тогда почему ты не даешь мне подойти к тебе? Мы же одно целое, наши с тобой деяния едины. – Клинок новоявленного Аггрига сверкал. 

Аггриг пустился прочь от него, но пользы это не принесло: тьма поглощала, казалось бы, только наступившее утро, оставляя видимым одного близнеца. Но, смотря на это, он продолжал бежать, однако чем большее он преодолевал расстояние, тем ближе был его двойник, тем ближе была его смерть. “Братик, я люблю тебя, - услышал Аггриг голос Лианны – не маленькой, а взрослой, красивой и гибкой, явившейся перед ним”. Лианна обняла его, нежно и крепко, и, подтянувшись к его уху, прошептала: “Ты все еще любишь меня?”. Кровь хлынула из ее зияющей раны на шее, обагрив клинок Аггрига.

Аггриг проснулся в кромешной тьме, тяжело дыша, слыша, как скрепя открывается тяжелая железная дверь.

Сначала он решил, что это снова сон (давно уж он ничего не слышал и не видел, кроме него), и, готовясь вновь встретить сестренку, Аггриг тяжело встал – истощенный, с затекшими конечностями от долго лежания, он был мало на что годен. С мыслью “прости меня”, он приготовился к встрече. Давно пора признать свои грехи, пока они окончательно не лишили его ума.

Свет от огня больно упал ему на лицо, и он прищурил глаза.

 - Прошу прости меня… - заржавевши еле выдавил он, но знакомый голос прервал его:

 - Это за что же? – В темницу зашел пони, с факельной цепью. Небольшой круг, весящий на цепи, в котором горел маленький красный огонек. – Ты вроде мне ничего не сделал. А вот тебе… ты выглядишь хуже, чем я думал, хотя не так плохо, как могло быть. 

 - Ты?

 - А ты ждал кого-то другого? – улыбнулся Дельвин. Он был все также прекрасен и красиво одет, светло-голубой камзол с заклепками. Одеяние было испачкано кровью. – Я буду огорчен, если так. – Он достал из сумочки, перекинутой через шею, небольшой пузырек с зеленоватой жидкостью. – На, выпей. 

Аггриг, недолго думая, сделал предложенное им. Снадобье на вкус было довольно гадким, хотя лучше чем его кормили.

 - Что это было? Яд? – неожиданно до него дошло.

 - Нет, что ты, - засмеялся Дельвин, - не стал бы я травить тебя. Это пополнит твои силы и лишит чувства голода на трое суток.

 - Зачем ты сюда пришел? Тебя послали освободить меня? Неужто доказали мою невиновность?

 - Почти, - он немного замялся, - убить. Тебя приговорили к смерти, а меня послали тебя доставить на Алое озеро.

Алое озеро, место предателей. Его любовь сама приговорила его к такой участи? Нет, она не могла, не стала бы. Он лжет!

 - Нет, я не лгу, - догадался Дельвин. – Сейчас тебе все поведаю. Было заседание Белого Совета, в котором приняли участие все, кроме нашей дорогой принцессы ночи, - начала он. Дельвин ему рассказал, что поначалу капитанский вопрос решался довольно гладко до тех пор, пока не встрянул лорд Марок, слово которого вызвало бурную дискуссию и определило решение Селестии. На его доставку определили четырех гвардейцев и самого Дельвина, к слову, он помянул, что пытался ее переубедить после совета. Но она как ножом отрезала его слова. Наутро с собратьями он отправился по Королевскому тракту, через один переход, они свернули в сторону Лунного Лика, еще через два, повернули на запад, в Дождливом лесу ночью он перебил своих собратьев и сжег их тела. Досюда, темницы Старых Законов, он дошел один. – Я верю, что ты невиновен, - добавил он. – Нам лучше убирать с этого треклятого места. Говорят, в былые времена здесь было совершено немало ужасного.

Снадобье понемногу начинало действовать, и Аггриг, уже более сильный, заковылял к выходу. Свет в коридоре отсутствовал. Дельвин ушел во тьму, и, немного погодя, свет отразился от факелов, вставленных в гнездо между каждых двух темниц. В углу, возле столика с табуретом и большой железной двери, лежали две половинки одного трупа. Хмурый, понял Аггриг по обезображенной мордочке, <i>жаль, ведь он же мне помог избавиться от живота.</i> Судьба немилостива к добродетелям.

Они шли вереницей вдоль длинного коридора. Каменные стены обросли селитрой.

 - Я все же не понимаю: зачем тебе спасать меня? – недоумевал Аггриг. Дельвин из древнего знатного дома Малоррионов, который славится сильными связями, также одной из крупнейших библиотек, красотой потомков, своей честью, преданностью; тем не менее, сила их дома куда меньше, чем у остальных великих домов. – Коли узнает Селестия, твоего отца выгонять из совета, а тебя, ожидает изгнание или еще, что похуже – этому уж посодействует Марок. Твой же дом, вроде как, не ладит с домом Шадоуов.

 - Да, мой, - согласился Дельвин. Его голос прозвучал довольно странно среди холодных стен. – И все же вряд ли Марок пойдет на такой необдуманный поступок… - он резко оборвал свою речь. 

Дальше они шли в полном молчании, свернув в один из семи темных проходов. Шаги гулко отражались эхом. <i>“Зачем ему спасать меня? Может, там, впереди, меня ожидает смерть,</i> - подумал Аггриг. <i>- Али может, менять проверяют на верность? Селестия, поди, решила, что такой метод будет эффективнее. А смерть Хмурого всего лишь иллюзия”.</i>

 - Зачем ты убил тех гвардейцев? - вырвалось у Аггрига, когда они подошли к длинной ступенчатой ведущую вниз во тьму лестнице.

 - Они, может, и преданны тебе, но когда начнется расследование и на них немного надавят, они выложат все без утайки. Чем меньше знают об этом, тем лучше. 

Холод потихоньку начинал пронизывать до костей, и Аггрига сразу бросило в дрожь.

 - Даже если так, ты перебил их ночью. – Он стал на грубом камне. – Мог бы вызвать на поединок – они бы тебе не отказали, они лучшие из лучших. Хоть это и звучит довольно глупо, зато имеет честь.

 - Честь, - повторил Дельвин, остановившись, - а что она значит? Мой дальний предок все время твердил – честь, честь, честь да еще раз честь, - но она его не спасла, когда нас предал один из знаменосцев, и тебя тоже не спасет, мой дорогой друг. – С эти слова он зашагал дальше, ступая по ледяному камню. 

Лестница никак не желала заканчиваться, и ноги у Аггрига дико болели. Сколько он ни спрашивал долго ли еще идти, ему отвечали: “Досчитай до трехсот, и спроси еще раз”. И он спрашивал еще, и еще, и еще… и спросил бы еще разок, если б не увидал узкий проход впереди. Вдалеке брезжил свет, почти как дневной, и становился ярче по мере приближения. Свет шел от каких-то стеклянных сосудов, вставленных в ниши стен. Он разглядел перекладины, вделанные в стену и упертые в потолок. В самом конце была решетка, которая, к счастью, оказалась не запертой. Очутились они в маленькой круглой, с четырьмя колоннами в каждом углу, комнате, где было четыре дубовых двери, запертых на железные засовы. Здесь был маленький алтарь, на котором была большая витиеватая ребристая свеча, горящая синим пламенем. А густое благовонье, чего греха таить, зловонье, скорее всего, шло именно от нее. В середине помещения было изваяние в виде воздетой кверху руки, держащей факел с таким же синим пламенем. Спаситель приманил его к себе, достал из сумочки пергамент, прочел что-то на непонятном Аггригу языке, и западная дверь отворилась. 

 - Пойдем, - сказал он.

Была беззвездная ночь, ветер безмолвствовал, журчала река. Аггриг с Дельвином стояли под нависшими над ними камнем и деревом.

 - Вот и конец нашего с тобой пути, - грустно заговорил Дельвин. – Теперь твоя дорога лежит на запад к грифонам, в Черную гавань. Там тебя ожидает мой знакомый.

 - Зачем мне туда идти, когда я могу поговорить с Селестией. Надо попытаться еще раз. Я думаю, что смогу убедить ее, что я невиновен. – <i>Она должна меня понять, я должен открыться ей,</i> говорил он себе.

 - Не глупи: как ты явишься туда, так тебя сразу уволокут на Алое озеро – и, прочитав обвинение, казнят. – Его голос почему-то дрожал. – А так тебя ожидает мой знакомый, который доставит тебя к богатому торговцу. Будешь командовать его стражей. – <i>Отлично, буду служить рабу пряностей,</i> добавил про себя он. – Я вижу, что ты не очень жалуешь этого, но это несколько получше, чем смерть. – Его рот дернулся в подобии улыбки. – Тем паче, я туда сам прибуду, когда закончу дела здесь, и ты тогда обретешь другую достойную тебя должность. Достойную твоей чести.

 - Что же ждет меня? Капитан гвардии Высш…

 - Нет, - веско, улыбаясь, произнес Дельвин. – Тебя ожидает Коготь Орла. 

Коготь Орла. Туда же сбежала его Лианна! Только проку от него, когда постоянные воспоминания о сестре не дадут ему покоя.

Ветер завыл, и дерево качнулось в их сторону. Сердце Аггрига было готово вот-вот выпрыгнуть из груди.

 - Аггриг, твоя сестра жива, и вскоре вы воссоединитесь. – Его небесная грива бурно развевалась на ветру - Вот что тебя ждет, мой дорогой друг: сан лорда Когтя Орла и сестра. Тебе не кажется, что это заслуживает поцелуя?

Тебе не кажется, что это заслуживает поцелуя?
Развернуть

Princess Luna royal mlp art mlp anthro mlp ero psicoyote ...my little pony фэндомы 

Princess Luna,принцесса Луна,royal,my little pony,Мой маленький пони,фэндомы,mlp art,mlp anthro,mlp ero,psicoyote,Princess Luna,mlp royal,my little pony,fandoms,mlp art,mlp anthro,eropony,psicoyote
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме Кто лучшая пони (+1000 картинок)